Новости История Проекты Реконструкцяи Издания На главную страницу Switch to English version
30 лет голландского видеоарта

Стерлядь – волжская, видео – голландское

В Нижнем Новгороде проходит Сахаровский фестиваль. В его рамках – Дни современного искусства Нидерландов, а одно из событий этого мероприятия – выставка «30 лет голландского видеоарта». Корреспондент «i» отправился в пункт слияния Оки и Волги, смотрел нидерландское видео, ел стерлядку и пытался понять, почему в Нижнем так хорошо?


ЕХАЛ В ГОРЬКИЙ – ПОПАЛ В НИЖНИЙ
Когда-то давным-давно, в брежневские времена, я оказался проездом в Горьком на пару часов. Был не то ноябрь, не то март, холодно, серо и уныло. Мрачные дома, мрачное небо, мрачные люди. Стратегический закрытый город, место ссылки Сахарова и родина автора «Матери» и «Песни о буревестнике». Сейчас, придя на Курский вокзал, я с изумлением увидел на табло расписания, что мой поезд следует по маршруту «Москва – Горький». Куда меня несет, туда же, под тусклое советское небо? Городу вернули исконное название уже больше десяти лет назад, а железнодорожные власти все держатся за советские корни... Почему? Не отвечает Россия.
Но утром я приехал в Нижний Новгород: светило яркое солнце, зеленели деревья, а нижегородцы были склонны улыбаться. И – все хорошо.
Возможно, дело в прекрасной погоде. Или в том, что встреченные в Нижнем люди были на редкость милы и радушны. Возможно, в том, что за два проведенных там дня я не удалялся от центра города и не видел социалистических разрушающихся новостроек и закопченных заводских районов, которые в столице Поволжья наверняка есть. Да и повстречал я представителей местной интеллектуальной элиты и среднего класса, а также радостную, весеннюю молодежь на центральных улицах, площадях и набережных. Убежден, что город, столь изумительно расположенный, не может не откладывать благотворный отпечаток на души его обитателей.
Достаточно встать на высочайшем берегу и посмотреть под ноги: круто скатываются к Волге зеленые холмы, а за великой рекой, по которой вверх и вниз ползут корабли, до бесконечности расстилаются поля и луга. Это зрелище описывалось многократно, да и нет у меня дара, чтобы передать его, однако уверен: такой простор прочищает сознание. А город, вставший на этих холмах, у слияния большой реки Оки с другой, огромной, что с ним ни твори, вернет себе свое лицо. Это – одновременно рассудительный и взбалмошный город. Предприимчивый, но без истерической спешки. Вполне столичный и отчетливо провинциальный.
Поселились в гостинице «Волжский откос» на Верхневолжской набережной, рядом с Кремлем – советское заведение. Коридорные с пышными укладками на голове, вытертые ковровые дорожки в коридорах, номер, выглядящий как музейная экспозиция на тему «материальная культура СССР 70-х годов»: телевизор «Рубин», фанерованный шкаф с лупящимся лаком, «радиоточка», картинка над кроватью (конечно, Волга, на ней – теплоход на подводных крыльях «Ракета»), допотопный телефонный аппарат грязно-салатного цвета. Но зато – окно во всю стену, а за ним уже упомянутый захватывающий дух пейзаж.
Рядом с «Волжским откосом» – памятник Чкалову, в народе называемый «памятником наркоману». Бронзовый летчик вроде бы снимает перчатку, но выглядит будто себе всаживает шприц с героином. Нелепость полная, но здесь, над Волгой, на фоне ступенчатых стен Кремля, этот скульптурный курьез не раздражает. Соседний с гостиницей дом – плод одичавшей фантазии какого-то купца. Он облеплен немыслимыми атлантами, розанами, львиными мордами, гирляндами, грудастыми нереидами и прочей чушью. Поставь это идиотское сооружение в другом месте, кроме издевательства, оно бы ничего не заслужило. А тут уместно и мило. Дальше – круче. Здание Технологического университета, построенное в 30-е годы, – это клинический бред. Жуткая, вызывающая оторопь галлюцинозная смесь конструктивизма, итальянщины, нарождающегося сталинского стиля и еще чего-то, чему названия не найти. Почему окна расположены так? Зачем эти балюстрадки? Для чего непонятные, ничем не увенчанные и ничего не поддерживающие столбы перед входом? Тем не менее этот архитектурный кошмар на этом месте приобретает уютность. Особенно когда видишь, что внутренний двор весь зарос ярчайшими незабудками.
За последние десять с лишним лет, когда Нижний начал возрождаться, было построено много нового. О городе даже начали говорить как об архитектурной столице России. Нет, все эти новые административные и жилые здания, банки и торговые центры шедеврами никак считаться не могут. Многое плохо нарисовано и плохо построено – но надо отдать должное нижегородским архитекторам, свой город они не изуродовали так, как их московские коллеги. Их иногда придурковатые сооружения органично выглядят среди старой, эклектичной и тоже придурковатой застройки и поглощаются изумительным городским ландшафтом, его зелеными холмами, крутыми съездами и глубокими оврагами. Среди всего этого они смотрятся веселенькими грибками – то подосиновиками, то сыроежками, то опятами, то маслятами, а то и крепенькими боровичками.
Нет, все вполне съедобно. Даже по соседству с истинными шедеврами вроде Рождественской Строгановской церкви, построенной в начале XVIII века, с ее белокаменными кружевами и великолепным резным золоченым иконостасом.
Однако архитектура архитектурой. Главное же – атмосфера города и живущие в нем люди. В Нижнем все перемешалось. Нечто вполне современное и хайтековое и совершенно деревенские дворики. Обшарпанные лабазы и лавки XIX века и компьютерные салоны, реклама мобильных телефонов и бочки с квасом – а у кваса именно тот, памятный с детства вкус! Здесь благоухает сирень и гудят пароходы.


МОРОЖЕНОЕ ИЗ РЖАНОГО ХЛЕБА
Здесь над одним и тем же подъездом висят флаги с эмблемами «Яблока» и ЛДПР, тут же – «Cafe de Paris». А рядом на стене аршинными буквами выведена спреем надпись, буддийский коан: «ХАКАДА Ц.....КА?». Что за «хакада»? Почему пять точек, а не две, или, как положено в отточии, не три? Может, местные знают ответ на этот дзенский просветляющий вопрос? К сожалению, спросить уже не было времени.
Повторяю, может, повезло с погодой и с тем, кого повстречал. Наверняка у города имеется куча проблем. Естественно, два дня в Нижнем – слишком мало, они дают право только на поверхностное суждение. Но впечатление – самое симпатичное. Жители Нижнего благожелательны и вежливы. В них нет столичной суетности и припадочности. Они заняты своим делом, не торопятся и не ленятся.
Можете меня обвинить в туристском восторге. Приехал, мол, наподобие этакого расслабленно-радостного иноземца, в хорошую погоду, и сообщает: «Нижний Новгород чудо как хорош». А я настаиваю: увиденные мной нижегородцы красивы, достойны и дружелюбны. Я объехал много стран и ответственно утверждаю, что жители этого города имеют право не то чтобы распускать павлиньи хвосты, но уважать себя. Потому что город ровен. В нем нет избыточного богатства, как в Москве, но нет и ужасающего контраста, как в столице. Он выглядит благополучно и разумно.
А подтверждением тому – огромное количество кафе, пивных террас и ресторанов на набережных, на площади Минина и Пожарского, в Кремле, на пешеходной Покровской улице, да повсюду, где я оказывался. И они на любой вкус и лад. От заведения «Кафе – сауна – клуб «Стрелка». Открыто круглосуточно» (туда, признаюсь, зайти было страшновато) до хинкальных, шашлычных и пельменных, а также заведений совершенно европейского свойства. И везде, куда заходил, царит спокойствие, утраченное Москвой.
Цены? Завсегдатаю московского «Пушкина» они покажутся смешными. Но и меня, по многим понятным причинам таковым не являющимся, они приятно удивили. В один из вечеров мы втроем – коллеги из «Коммерсанта», «Еженедельного Журнала» и я – решили предаться чревоугодию. И пошли в «Купеческий». Интерьер – заботливое воссоздание ресторации начала прошлого века. Идеально вышколенные официанты – но совершенно без лакейства. Публика – местные бизнесмены. Нет, конечно же – предприниматели и купцы! Побрившиеся и поменявшие сюртуки на костюмы Hugo Boss, а то и Brioni. Цивилизованные, не склонные к битью зеркал и слезливому «чертогону». А за соседним столиком сидели три юные парочки, праздновали «Последний звонок» (за спиной у них дремал шкафообразный охранник, он же дуэнья, то есть детишки явно из серьезных семей). Закончив ужин, один из них достал внушительную сигару и начал старательно курить (был риск, что его стошнит, но обошлось).
Впрочем, в «Купеческий» мы пошли не ради социологических исследований, а чтобы есть.
И ели. Очень даже ели. Какое копченое сало, розовое, с багряными прожилками! Какие маринованные белые грибочки! Что за нежнейшая селедочка, по-своему не хуже, чем голландский весенний «matjes»! А наконец – свежайшая отварная стерлядь под муссом из авокадо (видимо, кроме тропического плода, необходимо чуть-чуть хорошего оливкового масла, щепотка соли, еле—еле серого перца и микроскопическая доля специй, подозреваю, зеленого карри). В завершение – мороженое-сорбе из черного хлеба, причудливое, но достойное внимания изобретение шефа. Скажете, смесь нижегородского с французским? Ну и ладно, потому что очень и очень вкусно, и порции те еще – купеческие. А обошлось это все нам в 1.400 рублей вместе с чаевыми – при том, что ужин был с отличной водкой, кофе и «Courvoisier», «Amaro» и французским коньяком «Hine» для лучшего пищеварения.
Но стерлядь стерлядью, а в Нижний я все же прибыл не ради чревоугодия, а чтобы посмотреть, как там с современным искусством.


ЧЕМ БОЛЬШЕ КУЛЬТУРНЫХ СТОЛИЦ, ТЕМ ЛУЧШЕ
В Нижнем, в рамках Сахаровского фестиваля, проходили Дни современного искусства Нидерландов, организованные городской администрацией и министерствами иностранных дел и образования, культуры и науки Нидерландов. Кроме того, произошло важное событие – «Прибытие в Нижний Новгород голландской торговой миссии». Так и виделось – бородатые волжские купцы-воротилы в долгополых кафтанах во главе с наряженным в вышитую золотом соболью шубу градоначальником встречали краснорожих голландских негоциантов, облаченных в черные камзолы с накрахмаленными белыми воротниками. К сожалению, прием, устроенный в здании мэрии в честь этого события, почетным гостем которого был посол Королевства Нидерланды Тиддо Питер ван Хофстее, выглядел не столь красочно. Что поделаешь – времена меняются.
А в программе Дней современного искусства Нидерландов было несколько интересных событий – кинопоказы, старинная, современная и джазовая музыка, литературные вечера и мастер-классы, а также выставка «30 лет голландского видеоарта» (которую потом покажут в Новосибирске, Красноярске, Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и Калининграде). Проходила она в Арсенале нижегородского Кремля, на ее открытие я и поехал.
Но здесь – необходимое отступление. Уже больше десяти лет назад в Нижнем возник фонд современного искусства «Кариатида», возглавленный местными искусствоведами Анной Гор и Любовью Сапрыкиной. Затем он, продолжая существовать, трансформировался в филиал Государственного центра современного искусства, находящегося под эгидой Министерства культуры РФ. Кроме федеральной и региональной поддержки Нижегородскому филиалу ГЦСИ удалось заручиться поддержкой местного бизнеса и Фонда Форда, и сейчас он является одной из самых динамично и полноценно функционирующих институций в стране, работающих в области искусства наших дней.
Нижний Новгород – место специфическое. Еще во времена перестройки он начал бурно меняться (здесь был, например, основан первый в посткоммунистической России коммерческий банк «Гарантия»). Какое-то время, в дни «парада суверенитетов», город претендовал на звание третьей столицы страны. Потом началась федерализация, эта амбиция ушла в прошлое (наверно, и к лучшему), зато Нижний Новгород стал метрополией Поволжья – а это огромный, разнообразный и богатый регион. С одобрения Сергея Кириенко, поволжского генерал-губернатора, заработала программа «Культурная столица Поволжья». Уже было несколько выставок и культурных программ в Ижевске, Йошкар-Оле, Саранске, Казани, Чебоксарах и Нижнем, в которых участвовали люди местные, а также из столиц и прочих городов России и зарубежья. Это очень хорошо: культура не может развиваться только в мегаполисах, она должна как грибница расползаться и ризомно пронизывать всю страну, иначе в столицах будут расти только грибы-навозники, а провинция покроется асфальтом или вечным льдом.


МИСТИКА И ПРАГМАТИКА
У Нижегородского филиала ГЦСИ было небольшое выставочное пространство – в местном Доме архитектора, но для полновесной работы оно стало недостаточным. И вдруг – Нижний на самом деле специальное место – случилось беспрецедентное для России дело. ГЦСИ получил в свое распоряжение Арсенал, находящийся в местном Кремле, по соседству со зданиями городской и региональной администраций.
Оно построено в 1843 году в стиле позднего классицизма, вдоль кремлевской стены, причем была сохранена внутренняя кладка XVI века и часть арочных опор того же времени. Длина Арсенала – около 200 метров, площадь – 5.000 метров. Сперва оно использовалось по назначению, здесь хранили оружие и амуницию. При советской власти в Арсенале устроили картографический склад (горожане, впрочем, уверены были, что хранят там стратегический запас валенок). Что бы военные ни берегли и ни гноили, какие тайны ни лелеяли, им, видимо, стало ясно, что валандаться с этим сооружением – себе дороже.
И передали его министерству культуры. Это удивительно: вспомним бесконечную историю о передаче великолепных московских Провиантских складов из ведения МО (у которого там автобаза и, по слухам, склад стратегического запаса просроченной тушенки) в распоряжение минкульта. Воз и поныне там, а заинтересованный народ гадает: будут ли душки военные и далее починять в Провиантских складах свои КамАЗы и «мерседесы», а также пересчитывать вздутые банки, обмазанные машинным маслом, или же туда вселится Церетели с очередной галереей-музеем-рестораном-базаром? Площадь нижегородского Арсенала раз в десять меньше, чем Провиантских складов, да и цена земли в нижегородском Кремле, ясное дело, сильно уступает цене «квадрата» на Зубовском бульваре, но все же – произошедшее крайне важно.
Потому что есть шанс, что в России появится пространство, по своим возможностям сравнимое с лучшими выставочными залами мира. Оно поменьше и не столь торжественно, как венецианская Corderia, и уступает в архитектурном отношении парижскому Jeu de Pomme или сгоревшему московскому Манежу, но это – магическое, затягивающее место, где можно делать выставки высочайшего международного уровня. Сейчас оно наполовину руинировано после многих лет небрежения, там нет отопления, нет канализации, хорошо хоть, электричество удалось наладить. Но есть проект реконструкции Арсенала, сделанный одним из ведущих московских архитекторов Евгением Ассом, экономичный, бережный и позволяющий, не нарушая традиций окружающей среды и сути самого сооружения, превратить его в пространство, функциональное для современной культуры.
Арсенал передали ГЦСИ немного больше года назад. Была сделана выставка «Проекция», в которой приняли участие очень неплохие художники из разных городов России. У горожан она пользовалась успехом, но и спровоцировала скандал, большую роль в раздувании которого сыграло местное отделение «Идущих вместе». В адрес президента РФ и православных иерархов посыпались письма: мол, она глумится над русской-православной духовностью. А деятели местного Союза художников потребовали, чтобы Арсенал отдали им.
Это мы проходили. Выставку «Осторожно, религия!» в московском Музее Сахарова разгромили «православные» варвары (беру на себя смелость употребить кавычки, потому что люди, ломающие не ими сделанное и не им принадлежащее, являются злостными хулиганами, и место им, по российским законам, не у алтаря, а на общественно-полезных работах под надзором милиции). Хулиганов вчистую оправдали, а сесть на нары серьезно рискуют организаторы выставки. Потом подобное произошло в Питере. К чести Нижнего Новгорода, выставочный скандал затих, а живописцы из Союза художников отвяли сами по себе, уразумев, что торговлишка их продукцией в Арсенале неперспективна. Дело, подозреваю, в том, что духовность духовностью, а Нижний – это город купеческий и прагматический. Там не только о политике и мистике надо думать, но и о мороженом из ржаного хлеба.


ДА ЗДРАВСТВУЕТ АЦИПЕНСЕР РУТЕНИС!
Вот и сделана сейчас очень неплохая, международного класса выставка, посвященная достижениям голландского видеоарта за тридцать лет. Ее основной организатор – Нидерландский институт медиаискусств Montevideo / Time Based Arts, крупнейшая европейская институция, занимающаяся архивированием, исследованием и показом произведений, сделанных с использованием новых технологий.
Выставка «30 лет голландского видеоарта» на самом деле очень недурна. Во-первых, она прекрасно встроена в пространство Арсенала. Во-вторых, кураторы (Хейнер Хольтаппельс и Барт Руттен) сделали представительную подборку видеоартистов из Нидерландов: на выставке и вошедшие в классику современного искусства работы дуэта Абрамович / Улай или Мигель-Ангела Карденаса середины 70-х, и великолепный фильм группы General Idea «Shut Fucking Up», «Ептыть, заткнись», 1985, о засилье и абсурде mass-media (вообще-то они канадцы, но и Карденас испанец, так что неважно), и до немыслимости высокотехнологичные работы последних лет.
А в-третьих, выставка была построена по принципу интерактивности. Смотреть предложенное можно было на экранах лэптопов, двигая мышкой и выбирая тот сюжет, который интересует. Кроме того, кликнув мышкой, зритель имел возможность включить тот или иной фильм на большие проекционные экраны. И это не все: каждый входивший в Арсенал наступал на подключенный к системе половой коврик, работал мышкой и менял программу показа работ голландских видеохудожников совершенно стохастическим образом. То есть выставка – хорошая, главное же ее качество в том, что она снова задавала вопрос, до сих пор не имеющий ответа: как надо пользоваться видеоартом и медийным искусством? Смотреть дома на телевизоре или дисплее компьютера? Ходить в музеи и галереи на выставки? Все скачивать в интернет?
Ни голландцы, ни русские пока на этот вопрос ответа дать не могут, и, по-моему, это очень хорошо. Если искусство попадает в фазу, когда неясно, как его использовать, а все инструкции крайне дебильны и могут пользователю только посоветовать засунуть пальцы в розетку, значит, искусство скорее живо, чем умерло.
Так что слава богу, и пусть расцветает тысяча цветов, и давайте мудрить на компьютерах, а также смотреть на незабудки во дворе спятившего здания Технологического университета.
И взирать на Волгу, понимая, что ужасная песня про «издалека долго течет река Волга» не так уж кошмарна. Течет река и течет, и это чудесно, в бессточное Каспийской море, а в ней водится стерлядь. А стерлядь – это вам не хер и не сыр голландский, но реликтовая рыба из надотряда ганоидных, отряда осетрообразных, на латыни называемая Acipenser ruthenis, то есть «осетр русский». Главное – чтобы популяцию аципенсера рутениса не сожрали до последнего экземпляра московские арт-критики, а голландские видеоартисты не только этих курносых рыбок успели перевести на цифру, но и соучаствовали бы в поддержании ее размножения при помощи любых возможных инвестиций в дальнейшее истечение Волги.

«i» благодарит Нижегородский филиал ГЦСИ за помощь в осуществлении репортажа.

Никита Алексеев,
Иностранец, N21 от 07.06.2004, 07.06.2004 г.


« назад к списку публикаций

о выставке

художники

экспозиция

пресса




Флаер выставки
  © НФ ГЦСИ, 2022 Новости История Проекты Реконструкция Издания На главную страницу English