« English    Русский »  
На главную страницу сайта
 
 
На главную страницу Архотеки
 
     
Публикации - исследования о генезисе нижегородской школы, критика и авторские тексты архитекторов. Полная библиография
     
  Путеводитель  
       
  Архитекторы  
       
  Публикации  
       
  Мероприятия  
       
  Коллекции  
       
 

Шедевр

Автор: Александр Худин
Место публикации: "Архитектурный Вестник" №5(56)
Дата публикации: 05/11/2000

Давно — недавно (он был жив).
А. Е. Харитонов, показывая мне эскиз фасада развертки с примыканием нового блока к первой очереди банка «Гарантия», спросил: «Ну как?». В полушутку я ответил, что если бы кто-то другой позволил себе пристроить к зданию-лауреату Государственной премии подобный «модернизм», ему не только бы никогда (никогда! ни за что!) не согласовали, не только..., но и обвинили бы во всех возможных грехах. В первую очередь в отсутствии любимого сердцу нижегородского архитектора «концептуализма», тактичной, нежной, уважительной согласованности к существующим пусть неофициальным, но фактически уже памятникам архитектуры. Он пожевал свои усы и сказал: «Ты знаешь, я тебя на рассмотрение проекта на Градостроительном совете не позову». И не позвал...
Почти каждый день я хожу мимо этого здания на работу. У меня два одинаковых по времени пути: по мосту через Почаинский овраг (смотрю издалека на его задний, но главный фасад), по Малой Покровской (вижу вблизи в ракурсе боковой, но, конечно же, тоже главный фасад).
С начала строительства это здание преследует меня, оно интригует мое воображение. Что-то там растет, видны общие массы — хаотичные, разнонаправленные, какие-то падучие, неясные, меняющиеся каждый день. Будь проклята эта серая туманная дымка нашей средней полосы! Будь проклят вечный контражур!
Что это за плоскость возникла? Куда это она изгибается!? Она удлиняется, изгибаясь, уже третий день! Когда же это кончится! Нужно менять маршрут.
С Малой Покровской здание — в сильном ракурсе. Основная тема — три блока с раскреповками между ними. Один из блоков воспаряет. Ясно, что главная интрига за ним. Как хочется туда попасть.
Я избегаю смотреть проектные перспективы, я хочу смаковать коньяк профессионального удовольствия неспешно — через предвкусье догадок, букет иллюзий, привкус домыслов, запах заблуждений — неспешно, мелкими глотками, чтобы (я надеюсь) легко и весело опьянеть в финале от изыска пестовского композиторства. Я не сомневаюсь, что это будет нечто удивительное.
... Кажется, здание почти готово. Стена вспарушенная, но в то же время спокойная, с вариацией сдвинутых a la А. Исодзаки (Западный Берлин) окон, за счет своей «серости» гармонирует и объединяется с первой очередью. Остро, но в меру. Изящно, стильно, жертвенно. Наклонный эллипс подпорной стенки входа, овальный проем в отслоившейся стене — реверансы в сторону несколько старомодной тетушки — первой очереди (она думает, что модерн и модернизм — синонимы, она с возрастом заметно пополнела, она уверена, что одевается по моде, милая тетушка с хорошей родословной).
Пестов в Самаре... Дружеская встреча с Пастушенко и Самогоровым — архитекторами-системщиками, для которых творческая позиция (в отличие от Пестова-интуитивиста и художника) должна быть названа, определена, определенна, последовательна. Самарские коллеги втолковывают Пестову, что они теперь работают в минимализме, и раскрывают цели, принципы, методы, гносеологические корни... После паузы Пестов (свежеполученная Госпремия за неомодерн и неорусский стиль) потрясает коллег заявлением, что он теперь тоже работает в минимализме, и рисует им план второй очереди банка «Гарантия», приговаривая: «Вот так вот — ПРОСТО четыре прямых линии, вот так ВСЕГО ОДНА кривая, ВСЕГО ОДИН кружочек, тут ЧУТЬ-ЧУТЬ стеночка отслоилась от параллелепипеда, а больше практически и нет ничего». Коллеги поначалу соглашаются, но потом Пестов рисует перспективу своего минималистского объекта... Занавес.
Командировка. Возвращение. Вид с Малой Покровки. Серая пластичная стена вдруг оказывается на фоне полосатой плоскости, жесткой, как профилированный лист (зеленый металл и горизонтальные окна-щели), мелко расчлененной, зрительно увеличившей этажность в два раза. Подчеркнуто равнодушная внизу и вверху, она как плашка на полотне шлифовального станка, а изогнувшаяся стена — гигантская стружка, неуместно «деревянная» и контрастно чужая (хай-тековский металлический Буратино внутри деревянного бревна). А с моста эта тема читается по-другому, приобретая новый, наверное, один из основных, смыслов задуманной композиции — стапель и строящийся корабль. Гигантский борт начали облицовывать цельнокроеным листом, он напружинился, не хочет вставать на место, звенит на ветру (издалека не слышно), нужно всем навалиться дружно, упереться и лихорадочно, торопливо приклепывать, пока его внутреннее напряжение не оторвало эту махину.
Харитонов в последнее время называл свои постройки личными ассоциативными именами — Акрополь, Пила, Версаль... Овраг, над которым стоит «Гарантии-2» — русло реки Почайны, по которой в XVII в. речные корабли подплывали к торгу у подножья Кремля. Расположенное над заключенным в трубу рекой новое здание он назвал «Титаником». Имелся в виду «Титаник» как символ мощи человеческого разума, технического совершенства. Заказчики-банкиры, услышав на обсуждении проекта это гордое, по мнению авторов, название, почему-то (?) увидели в нем другой — катастрофический — смысл. Ужасу суеверных банкиров не было предела... Пауза в наблюдениях за стройкой... Тороплюсь посмотреть, что с ней нового, тем более предыдущие трансформации объекта приучают не удивляться ничему. И правда, еще один неожиданный поворот сюжета. Отогнувшаяся стена, как мне казалось по эскизам, должна была приобрести тонкую графику, подчеркивающую нюансную, трудно читаемую в сокращении, сдвижку окон и простенков (дополнительное подчеркивание «корабельной» темы — разрезка на листы, батексы и шпангоуты). Однако мысли большого художника непредсказуемы. Стена покрылась желто-коричневой клеткой — облачилась в костюм Арлекина, устроила полихромный карнавал среди изысканных, отутюженных стеклянно-металлических форм.
...Объект, по словам Пестова, закончен. Теперь не торопясь можно пройти вдоль фасада, к смотровой площадке с видом на раскол оврага, далекий Кремль, чуть угадываемые заволжские дали, обернуться. На тебя опрокидывается движение линий, плоскостей, объемов. Лишь один «глаголь» портала устойчив и прямолинеен, все остальное — в композиционном водовороте, борьбе горизонталей и вертикалей, дуг и прямых, фактур и материалов, треугольников, кругов и овалов. Но этот хаос только на словах. В реальности массы необъяснимо сбалансированы и гармоничны. Взгляд движется по некой срежиссированной траектории, по спирали — узору меандра — к центру, потом следом за размашистым дирижерским жестом вправо — в бесконечность дуги. Потом опять к глубине портала, опять по кругу... Детали и нюансы впитываются постепенно, по мере этого завораживающего ритмического движения. Эти ритмы, несмотря на современность «архитектурной музыки», торжественны и парадны. Гармония...
Я беседую с Пестовым, который, как обычно, не многословен и, как обычно, не может объяснить, как у него ЭТО получается. Он четко объясняет, «чего ему не хотелось делать»: исторических мотивов, как на «Гарантии-1», угловой башни... Он говорит, что месяца два ходил вокруг этой задачи, думал, мучился, а потом в один момент нарисовал, по сути дела, окончательное решение. Я беру в руки кальку с этим эскизом и думаю, как же мне завтра убеждать моих студентов в необходимости вариантного проектирования. Наверное, я скажу им правду — что Евгений Николаевич — гений...
Встреча с главным охранителем города, И.В. Петровым — зам. председателя Комитета по охране памятников — после подведения итогов ежегодного нижегородского архитектурного рейтинга («Гарантия-2» — победитель). По мнению Комитета, лучший объект этого года другой — необычный по материалу, но, несмотря на это, тактично контекстный «железный» дом «Архстроя». Я соглашаюсь с взвешенными аргументами Игоря Владимировича и естественной последовательностью выбора Комитета. Разговор переходит на «Гарантию» и превращается в теоретические дебаты.
По моему мнению, «Гарантия-2» не просто блестящая профессиональная работа, она — знаменательное явление в отношении подхода к работе в историческом центре города. Авторы впервые сконструировали новую методическую цепочку («Гарантия-1» контекстуальна по отношению к историческим памятникам, «Гарантия-2» сложно контекстуальна по отношению к «Гарантии-1» — новоявленному памятнику). Опосредованное, без исторических реминисценций и деталей, взаимодействие с историческим центром превращается в новый эталон такого взаимодействия, в предметный аргумент распространения такого подхода в современной архитектурной практике. Мне показалось, что Игорь Владимирович не вдохновлен моими аргументами.
Обе «Гарантии» — части большого общественно-жилого образования, завершающую часть которого проектирует сейчас Пестов. Хорошо просматривающийся с М. Покровки и улицы Ильинской задний фасад в духе Альдо Росси будет фоном для главной проектируемой доминанты комплекса. Для ГЛАВНОЙ... То есть два предыдущих шедевра будут играть ПОДЧИНЕННУЮ роль в общей композиции!!! Пока Пестов колеблется. Эскиз, который, как мне показалось, его самого несколько пугает — гигантское колесо, стоящее на ребре. А может быть, это на самом деле солнце. Значит, опять этот контражур и серая туманная дымка, опять предвкушения... Нужно менять маршрут... Пора менять направление движения...




« назад к списку публикаций
© НФ ГЦСИ, 2018 

Warning: Unknown(): Your script possibly relies on a session side-effect which existed until PHP 4.2.3. Please be advised that the session extension does not consider global variables as a source of data, unless register_globals is enabled. You can disable this functionality and this warning by setting session.bug_compat_42 or session.bug_compat_warn to off, respectively. in Unknown on line 0